«Xavsiz yordam» для тысячи женщин Узбекистана

мая 03 / 2020

alt

«Осторожно, не споткнитесь, здесь ступенька», говорит инспектор по вопросам женщин в темно изумрудной форме и в черных туфлях на каблуках, которая уверенно отмеряет каждый шаг. Лестница ведет вниз, во двор первой получательницы карты проекта «Xavsiz yordam» («Безопасная помощь»). К нам выходит одна из пяти адресатов проекта Общественного фонда поддержки и развития национальных масс-медиа, с которыми мы встретимся в Ташкентской области. Познакомившись с ними, понимаешь, насколько важно сейчас не позволить упасть тем, кто оказался в трудной ситуации.

Кибрай

Дома адресатов проекта отличаются от соседских. Здесь бы и хотели сделать ремонт, покрасить потрескавшиеся рамы, побелить стены, сделать так, чтобы не хуже, чем у других. Только как уложиться в семейный бюджет, который едва доходит до 700 тысяч в месяц? Выбирают первое и необходимое. Накормить семью.

alt

В список адресатов помощи попали женщины без какого-либо источника дохода, с детьми или освободившиеся из мест лишения свободы. Для проекта, инициированного Саидой Мирзиёевой, кандидатуры представили сотрудники Комиссии по вопросам обеспечения гендерного равенства, Управления профилактики правонарушений ГУВД столицы, Центра координации спонсорской помощи. Банковскую карту с балансом в миллион сумов получит тысяча женщин, 300 – в столице и по 50 – в каждой области.

alt

Среди них и Наргиза (имя изменено) из Кибрайского района, которая одна воспитывает двух детей. Муж умер, говорит она. С кем они остались? Да ни с кем. Сами по себе, как на отколовшейся льдине посреди океана, помощи просить не у кого. О них знают в махалле, периодически помогают, в основном продуктами. Недавно бесплатно отдали семье двух куриц – так у женщины появилось небольшое, но свое хозяйство.  

Старший сын выглядывает, видит незнакомых людей и тут же уходит вглубь дома. Младшая стоит рядом все время, но держится в стороне. Кажется, никто из них не понимает, что происходит. Ей рассказывают про проект «Безопасная помощь», передают карту с миллионом сумов. Это больше, чем она получает в месяц на общественных работах, куда ее устроили в махалле.

alt

Сотрудник банка в защитном костюме и перчатках тут же помогает заполнить бумаги: «Распишитесь здесь, где галочка». И ставит пароль на карту, который называет несколько раз. Как будто она не слышит. А так и есть. Женщина стоит растерянная, с мокрыми дорожками от слез на лице. Ничего не спрашивает, только кивает головой: «Хорошо. Поняла. Спасибо».

alt

– Что мне особенно нужно? – она отводит глаза в сторону, вспоминая, о чем бы сказать. – Чтобы дети были счастливы. Дочь подрастает, она учится в шестом классе, сын уже совсем большой, он в восьмом. Главное, чтобы у них все было хорошо.

Она еще  вспомнит про проблему со стоком – вода не уходит, надо бы починить. Пожалуй, все. Остальное время говорит не про плохое, наоборот, про семью, детей, помощь отзывчивых людей. Иногда как будто хочет что-то добавить, потом осекается и молчит: «Что сказать? Живем».

– Ребенок у нее умер, она вам не сказала, –  говорит нам помощник председателя махалли, когда уже вышли за ворота. – Несчастный случай, Наргиза очень переживала за дочь, это было неожиданно, предсказать такую ситуацию невозможно. Никогда не знаешь, как все повернется.

Чирчик

Есть люди, которые не просят о помощи. Они могут остаться без ничего и стоически встречать новый день без четкой уверенности, что там будет горячая еда и останется немного денег на лекарство. У них нет сил и возможностей выбраться из непростой ситуации. Рады бы, но никак. Говорят: «Так сложилось».

alt

В свои 72 года один из таких стоиков с посеребренными волосами бодро выходит встречать гостей. Ее зовут Надежда. Из пришедшей группы в десять человек она знает председателя махалли, остальные не знакомы. Ничуть не удивляется и говорит: «Проходите!» На кровати лежит ее 39-летняя дочь, которой врачи не ставят определенного диагноза, из-за этого не получается оформить инвалидность.

- Она не всегда такая была, - говорит Надежда. – Иногда начинает петь, ну, как раньше. Чаще всего лежит. Так уже около года.

В доме нет воды. Три года, как отключили за неуплату. Ремонт, говорит хозяйка, надо сделать, но дорого.

alt

Надежда раньше работала на заводе токарем второго разряда, потом на фабрике, затем устроилась санитаркой в больницу в Чирчике. Без дела не сидела. Когда-то была большая семья, а сейчас состоит из дочери, прикованной к кровати и сына, который со своей семьей живет неподалеку, в соседнем подъезде. Он из-за карантина остался без работы, как и жена. Сноха стоит рядом, говорит, карантин завершится, все станет лучше. Только сейчас с продуктами сложно, запасы тянут на несколько дней.

 Мама, а помнишь, как я в детстве танцевала индийский танец? – дочь пенсионерки взмахивает руками и едва слышно напевает незнакомую мелодию.

Конечно, помнит. И ее совсем маленькой, и уже взрослой, когда еще не было этой странной, не поддающейся определению болезни. Надежда не удивляется воспоминаниям дочери, она принимает их как есть. Говорит, врачи  толком ничего не нашли. Где только не пробовали лечить, в какие больницы не возили. Как-то даже в онкологию положили, а на операцию денег не было, отправили домой. Недавно им передали инвалидную коляску, чтобы можно было вывозить дочь во двор.

– А чья это коляска, ее надо отдать? –  переспрашивает у сотрудника махалли, не веря, что отдали насовсем. .

Он повторяет, что возвращать не нужно.

Так и с банковской картой, которую вручают инспекторы по профилактике. Спрашивает тихо и осторожно, как будто ожидает подвоха: «Это мне надо куда-то идти, чтобы она работала? Нет? И я в магазин с ней могу пойти? Кому мне ее потом отдать?»

alt

Она не из тех, кто сдается. Находит силы заботиться о своей дочери и не только.

–  У меня четверо внуков, двое из них потеряли родителей, сейчас у опекунши, –  показывает на стену, где с фотографий смотрят ее дети, которых нет в живых. – Пенсия у меня 500 тысяч, маленькая. А внукам тоже хочется помочь, когда они навещают. Сын рядом живет, приходит, но у него то есть работа, то нет – помогает по возможности. Соседи тоже заходят. Ну что теперь? Куда деваться?

– Она молодец, не сдается, подрабатывает, где-то что-то находит, – подбадривает ее председатель махалли Исматулла ака, который знает эту семью больше 20 лет. В его махалле живет 3325 человек. Здесь заранее сделали списки социально уязвимых граждан, подали на помощь для 44 семей, которые особенно остро нуждаются в поддержке.

На голоса выходят соседи. Когда узнают, что люди в форме и сотрудники банка пришли, чтобы передать помощь этой семье, говорят: «Правильно, они сами не попросят. Будет плохо – не скажут».

***

По следующему адресу нас встречает мать четверых детей. Молодая женщина с невероятно добрыми, карими глазами тихим голосом приглашает в дом. В квартире не так много мебели, пол в одной из комнат устелен курпачами. На них спит старший сын, ему 3,5 года. Малышам-тройняшкам, которые ползают по комнате, по году. Все три – девочки, ни минуты не сидят на месте. Пока одна разбирает игрушки, другая норовит уползти, третья тянется к матери. Адресату передают карту проекта «Безопасная помощь», а она не выпускает из поля зрения детей, периодически переводит на них взгляд.

alt

Вместе с супругом уже шесть лет. Пополнению были рады, хотя не ожидали, что родится сразу трое. «Как справляетесь с детьми?», вопрос невольно напрашивается, ведь вокруг кроме матери никого нет. В ответ она только улыбается. Родственники есть, но они отвернулись, не помогают, говорит она.

Ее муж работает по найму, прокормить большую семью не так-то просто на фоне другого обстоятельства. От первой семьи также остались дети, им нужно выплачивать алименты.

В это время начинает хныкать одна из тройняшек, через какое-то время подхватывает сестра, точь-в-точь похожая на нее. Еще мгновение, как по цепочке, и слезами разразится третья. Молодая мама не теряет ни минуты, тут же подхватывает малышку на руки. Вторую из тройняшек начинает отвлекать одна из инспекторов. За медицинской маской сотрудницы МВД не видно улыбки, но по глазам она считывается. Вместе с малышкой тут же начинает улыбаться и ее мама, а заодно и все, кто в комнате. Громкий плач, готовый было вот-вот разразиться, утихает вмиг.

Женщине передают банковскую карту, также оформляют документы, объясняют, что на балансе ровно миллион – можно потратить на необходимые вещи. Она не перестает благодарить и продолжает улыбаться: «Рахмат, рахмат сизга!»

alt

– Мы знаем про эту семью от работников махалли, у нас налажена с ними работа, – говорит инспектор по вопросам женщин отдела профилактики правонарушений ОВД города Чирчика, подполковник Феруза Мирхаитова. – Периодически навещаем не только этих жителей, но и других, попавших в сложную ситуацию. Самое главное, дети у нее родились здоровыми, все хорошо, только надо поддерживать. Глава семье строит планы и хочет  взять квартиру на льготных условиях, мы им подсказываем, как и где лучше оформить справки, встать на учет. Думаю, все у них получится и они найдут выход. Тем более, что сейчас в самый непростой момент они получили поддержку. Узнали, что не одни, что о них помнят.

Бостанлык

Переезжая из одного района Ташкентской области в другой, нас встречают разные сотрудники МВД, перед которыми поставлена задача проконтролировать передачу банковских карт. В третий раз эстафету принимает патруль, на этот раз Бостанлыкского района. Мы слышим лишь часть историй жителей, которых поддерживают в рамках проекта «Безопасная помощь». Никто из них заранее не знает о том, что к ним придут и окажут финансовую поддержку.

В обычной ситуации для оформления карт адресатам пришлось бы идти в банк, но тут все продумано до мелочей. Банки получат сканы паспортов и договоры на оформление пластика после подписания новым владельцем – это одно из условий сотрудничества в рамках проекта.

alt

...На привязи огромный черный пес, который встречает группу из нескольких человек заливистым лаем,  заодно решает нужным согнать с места полосатого кота. Собака пытается защитить хозяйку, а та начинает его оправдывать: «Это Рекс, он всегда так реагирует, но вы не бойтесь, проходите».

Ей, как и другим участникам, рассказывают об адресной поддержке, помогают оформить документы, тут же активируют карту и называют пароль. В документах она указывает редкое имя, которое не часто услышишь.

alt

- Чеченское, - поясняет женщина. - Так мама назвала, мне бабушка рассказывала. Почему? Никто уже не знает. Мама меня бросила, поэтому я о ней не очень много знаю. Воспитывала только бабушка. У мужа, кстати, такая же история. Мы оба росли без родителей. Сейчас у нас двое детей. Сыну 17 лет, учится в десятом классе, дочка в восьмом. Близких, к которым могли бы обратиться, нет. Мы не просим помощи, но соседи приходят, отдают нам иногда вещи. Мы не отказываемся, принимаем. Денег не так много, чтобы позволить купить что-то новое. А муж у меня хороший, не пьет, работает на заводе, он экскаваторщик. Только во время карантина работы нет. Сейчас тяжело.

У сына инвалидность с детства, ДЦП и проблема с ногами. Пройти по дорожке к дому ему помогает сестра – самому передвигаться сложно. Мать не может оставить его без присмотра.

– На карантине продолжаем учиться, – говорит она за себя и одновременно за детей. – Учителя у нас хорошие, относятся с пониманием, приносят конспекты, распечатки, сын по ним занимается. Правда, пишет левой рукой долго. Может один день потратить на страницу. Мы только по интернету не можем скинуть задания, у нас его нет. А так дети работают, все выполняют, стараемся не отставать.

alt

На деньги с карточки в первую очередь она собирается взять продукты. Самое необходимое, чтобы хватило на всю семью, пока не завершится карантин.

***

Инспектор по вопросам женщин группы профилактики правонарушений ОВД Бостанлыкского района Малика Даурбаева рассказывает, что следующая семья находится  в списках социально уязвимых граждан, их составляют вместе с махаллей и периодически навещают или направляют к ней помощь, недавно помогли с лечением. Здесь проживает пятеро детей, двое внуков. Нас встречает их мама и бабушка, которая долго не может понять, что происходит.

alt

alt

 – От кого помощь? – женщина задает этот вопрос со слезами на глазах несколько раз.

Благодарит, снова и снова, а потом опять спрашивает: «Так от кого, вы мне не сказали?». И ей вновь говорят те же слова, но в этот раз они как будто обретают нужный ей смысл.

alt

Успокаивается на минуту, а потом начинает говорить о своей семье, детях, а по лицу бегут слезы. Женщина рассказывает совершенно незнакомым людям о том, как подрастают ее внуки, как много нужно сегодня успеть, вот стирку затеяла, как сын нашел работу пастухом, как ездила к врачу, а там сказали про диагноз, связанный с новообразованием. Да разве это важно? По дому слишком много работы, чтобы отвлекаться на свое самочувствие. А потом снова благодарит  по очереди каждого, кто к ней пришел: «Спасибо, что не забыли».

alt

P.S. Эти пять незабытых историй стали частью проекта – нужного и социально значимого. Поддержку  ранее назвали «каплей в море», но это больше, чем просто деньги. Скорее, огонек надежды для тех, кто уже мог бы отчаяться.

Всю дорогу нас сопровождали инспекторы профилактики по вопросам женщин. Через сотрудниц МВД проходят самые тяжелые случаи, связанные с неурядицами в семье, правонарушениями или вот такими сложными ситуациями, когда вроде бы и некому помочь. Внешне они спокойные и невероятно терпеливые, внимательно выслушивают адресатов помощи. На их погонах – россыпи звезд, есть майоры, подполковники. За броней из званий и строгой формы они остаются отзывчивыми и человечными, готовыми прийти на помощь к этим и другим жителям. Они продолжат участвовать в проекте «Безопасная помощь», в котором собрана тысяча непохожих друг на друга историй о женщинах по всей стране.

Юлианна Мороз

Фото Динары Чирковой

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *