Дорога длиною в жизнь

апр 24 / 2020

alt

Сегодня у нас необычный герой. Не потому, что ему 98 лет. Хотя и это тоже впечатляет. Он — живая легенда, участник Второй мировой войны, на себе испытавший все ее ужасы и горечь. Знакомьтесь, старший прапорщик Николай Иванович Денисенко. В год 75-летия Победы над фашизмом, в преддверии Дня памяти и почестей мы поговорили с ветераном, чтобы узнать о его фронтовом пути, понять, как сложилась судьба после военного лихолетья. Ведь благодаря и ему в том числе, мы сегодня живем под мирным небом, растим детей, спокойно смотрим в будущее.

Признаться, на встречу шли с особым трепетом. Правда, специальной речи не готовили. Но, когда увиделись, из уст мгновенно посыпались слова благодарности. Николай Иванович предстал перед нами в парадной форме. Улыбчивый, подтянутый, красивый, добрейшей души человек. Хватило секунды, чтобы его образ стал для нас олицетворением воина-победителя. Пожимая твердую руку ветерану, мы словно почувствовали себя его внучками. Ощутили радость и гордость от встречи с настоящим героем.

В памяти — навечно

Поразило, что Николай Иванович для своих лет находится в хорошей физической форме. А главное, он в здравом уме и твердой памяти. Всю нашу беседу, длившуюся более двух часов, рассказывал о самых важных моментах своей жизни, делился воспоминаниями о фронте, боевых товарищах, читал стихи. При этом ни разу не запамятовал, и оказался прекрасным и интересным собеседником.

alt

— Благодарствую за посещение, за поздравление с нашим великим праздником — юбилеем Победы, — словно молитву начал свой рассказ Николай Иванович. — Это праздник не только наш — ветеранов, но и ваш, потому что и ваши деды участвовали в этой тяжелой и долгой войне. Еще потому, что в ней были задействованы все народы Советского Союза. Но солдаты на фронте не делились по национальностям. Был единый советский солдат с большой дружбой и взаимовыручкой. Война шла не между государствами, не между народами, она шла между двумя системами — капитализмом и социализмом. В голову не приходит, как могла наша страна выстоять против такой махины —немецкого Вермахта. Ведь на его стороне была вся Западная Европа. На нашей же — большинство народов мира, но они в основном поддерживали морально, иногда материально. 1418 дней и ночей шла эта кровопролитная бойня. Четыре трудных и тяжелых года. Но страна выстояла. Не все дожили до конца войны. Многие навсегда остались лежать в сырой земле, на полях сражений. Вечная им память.

alt

Глаза Николая Ивановича моментально становятся влажными. Чувствуется, что его сердце не может биться спокойно, когда он вспоминает страшные годы войны. Спустя секунды, сменив тон на более минорный, он зачитывает следующие строки:

Вспомним всех поименно,

Вспомним горем своим,

Это нужно не мертвым,

Это надо живым.

Родился «в рубашке»

Николай Иванович был призван в армию в октябре 1940 года. Служил на Северном Кавказе в Кавалерийском полку пограничных войск. Война пришла на Кавказ через год после ее начала. Наш герой оборонял и освобождал Нальчик, освобождал также Ессентуки, Кисловодск, большие станицы степной зоны Суворовскую и Бекешевскую. Не раз ходил в разведку.

alt

В январе 1943 года был зачислен в группу из четырех солдат во главе с младшим лейтенантом. Бойцам необходимо было разведать, есть ли в станице Малый Зеленчук противник? Оказалось, что есть.

— Спускаясь в станицу, нарвались на немецкую оборону, — вспоминает Николай Иванович. — На нас обрушился шквал огня. Десятки автоматов и пулеметов строчили без перерыва. Понял, что ранен, когда почувствовал, что за воротник гимнастерки потекло что-то горячее. Боли не было. Я просунул ладонь под подвязанную шапку-ушанку, затем глянул на руку и увидел кровь. Пуля прошла сквозь мочку уха и насквозь шею, у самого основания черепной коробки, не задев жизненно-важных артерий. Врачи в госпитале удивлялись, говорили, если бы пуля была разрывная, или голову в этот момент повернул бы в сторону, дело было бы непоправимое. Я развернулся и по-пластунски пополз обратно, ничего не зная о товарищах. Когда прибыл в роту, увидел их там. Оказалось, двое были ранены. Удивительно, но в тот день не только я родился «в рубашке». Лейтенанту пуля попала в ступню, не повредив костей. А пожилому солдату она прошла через обе ягодицы, не задев позвоночник. Такое вот удачное ранение.

Пролежал в госпитале Николай Иванович больше месяца. Затем продолжил службу в Кавалерийском полку внутренних войск НКВД. И начались боевые будни по уничтожению оставленных врагами при отступлении бандитских групп, которые тормозили восстановление народного хозяйства в освобожденных районах. В октябре 1943 года был отправлен в Ташкент, в суворовское училище, обучать воспитанников кавалерийской езде.

Счастье — остаться живым

Каждый год Нколая Ивановича накануне Дня памяти и почестей приглашают в столичную школу № 221. Ветеран на встречах с учениками рассказывал им о своем участии в той страшной войне, героизме солдат, сражавшихся за мир, Родину, счастливое будущее потомков.

— Еще несколько лет назад нас приходило десять человек, — продолжает Николай Иванович. — Потом семь, затем пять, а в прошлый раз было трое. Из них я один фронтовик, остальные — воины-афганцы. Каждый год школьники задают один и тот же вопрос, страшно ли на войне? Скажу так: в войну в окопе не усидишь, он был временным убежищем солдата. Но и там его находила вражеская артиллерия или авиация. Конечно же было страшно, потому что можно было получить внезапный смертельный удар, не выполнив свой солдатский долг — убить врага. Мне повезло, пройти такую кровопролитную войну и остаться живым. Это настоящее счастье.

alt

А еще школьники часто спрашивают, сколько на счету Николая Ивановича убитых захватчиков? Он не сразу переходит к своей истории. Сначала рассказывает учащимся, что, если бы каждый в той войне убил бы по одному противнику, не с кем было бы воевать. Были солдаты, говорит ветеран, которые врага в глаза не видели. Но были и такие, кто уничтожил сотни захватчиков. Например, лейтенант Людмила Павличенко — 309 немецких солдат и офицеров. Таджикский снайпер Эргаш Рузиев  — 124, это целая рота. Морской пехотинец из Ростовской области Федор Рубаха — 346 противников, это уже целый батальон. Но сам погиб при освобождении Новороссийска. Всем им было присвоено звание Героев Советского Союза, Федору Рубахе — посмертно. И этот список можно продолжить.

alt

 — На моем счету два врага. Про один случай расскажу подробнее, — собирается с мыслями Николай Иванович. — После освобождения Нальчика нас — несколько человек отправили в городской парк собирать трофеи — оружие убитых и раненных. Тогда я воочию увидел ужасы войны — повсюду лежали тела наших и немецких солдат. Я успел подобрать две или три винтовки, гранаты, патронташ, все отнес в бричку. Вернулся на исходное место. Через двадцать шагов под елью заприметил лежавшего на животе в зеленой шинели немецкого солдата с ранцем за спиной. Руки у него были раскинуты, голова направлена в мою сторону. Это был мужчина средних лет, небритый. Когда был от него в двух шагах, неожиданно он открыл глаза. Я испугался. Впервые лицом к лицу встречаюсь с противником. Стою как вкопанный. Молчит и он, только смотрит на меня. Потом как схватит свою винтовку с плоским штыком. Что мне оставалось делать? Сходу вонзил штыком ему под ранец. На душе стало так тяжело — впервые убил человека, а ведь у него наверно есть семья, его ждут дома. Но у меня не оставалось выбора. Если бы я замешкал, он бы убил меня. До сих пор размышляю над этим случаем. Поднял бы тогда он руки вверх, сдался в плен, отвез бы его в медсанбат. Глядишь, уцелел бы в войну, вернулся бы домой.

 

Награда нашла героя

Великое дело сделали фронтовики — спасли мир от фашистской чумы. Кто-то прошел всю войну, а кто-то после ранения был отправлен в тыл. Но и там было много работы, нужны были люди. Каждый как мог приближал Победу.

— Прошло 75 лет, а своих ребят вижу, как сейчас передо мной стоят, — смахивает слезу собеседник. — Это ивановский ткач из города Вичухи Саша Тихомиров. Гурген Папашвили, приглашавший меня, когда закончится война, посетить его родной город Гагры. Азербайджанец Мамед Муса Оглы Таиров, которого мы звали Мишей. После войны нам довелось встретиться в Ташкенте в суворовском училище. Работал я тогда в учебном отделе, а он был по хозяйственной части. Сдружились. В 1946 году Таиров демобилизовался, я же остался сверхсрочником — был помощником офицера-воспитателя.  Отдельно хочу вспомнить друга и одноклассника Михаила Заступа. Проявив храбрость и мужество, он отличился в первом же своем бою, за что был награжден орденом Красной звезды. Его подвигу я посвятил стихотворение. К сожалению, он погиб. В одном из боев в Северной Осетии. Прямо у меня на глазах.

Есть боевые награды и у самого Николая Ивановича. Он с гордостью рассказывает, за что получил свою первую медаль:

— В декабре 1942 года группе разведчиков, в которую входил и я, было приказано пройти линию фронта и добыть «языка», — говорит он. — Миновав под покровом ночи вражеские посты, под утро мы обнаружили в ущелье линию связи. Перерезав ее, устроили засаду. Вскоре показался мотоциклист. Подъехав к перерезанному проводу, остановился, не спеша достал сумку с инструментами, и принялся за работу, отложив в сторону автомат. В это время мы выскочили за-за укрытия и скомандовали: «Хенде-хох». Пленник оказался «толковым», в штабе дал ценные сведения. За эту операцию вся группа была награждена медалью «За боевые заслуги».

alt

За операции, проведенные эскадроном в горах Кавказа, уже будучи в Ташкенте, в суворовском училище, Николай Денисенко был награжден второй медалью «За боевые заслуги» и медалью «За оборону Кавказа». Позднее — знаком «За отличие в воинской службе» I и II степени. А к 50-летию Победы — орденом «Отечественная война» I степени.

alt

Продовольственный талон и фронтовой дневник

Николай Иванович бережно хранит все, что связано с войной. Ведь это часть его жизни. Он передал в дар Музею славы, который развернется в строящемся Парке Победы, большой семейный альбом.

alt

Среди множества фотографий в нем ветеран особо выделяет одну. Получил он ее в подарок от члена военного совета 12 армии ПВО генерал-майора Виктора Макарычева. На снимке — подписание в пригороде Берлина Карлсхорсте акта о безоговорочной капитуляции. Хранилось в альбоме все эти годы и два продовольственных талона на питание путей следования военнослужащих. Один такой талон Николай Иванович нам продемонстрировал.

alt

Талон на получение питания

alt

— В войну был такой порядок. На каждом железнодорожном вокзале и в морском порту был продовольственный военный пункт, проще говоря столовая, — рассказывает он. — Предоставляешь талон, и через пять минут тебе приносят горячий обед из трех блюд. Конечно, выбора не было, что принесут, то и твое. Но зато солдат был сыт. Правда, во время обороны местности, наступления или отступления кормили по-разному. Как говорится, то пусто, то густо. Бывало два дня хлеба не видели. На обед давали сухари, на ужин и завтрак по стакану кукурузной муки на каждого, из которой солдаты в котелке варили молдавскую мамалыгу без масла и соли. Но выручала кукуруза. Поля с этой сельхозкультурой стояли не убранные, все окопы были в ней. Часто поджаривали кукурузу на костре. Вкусно получалось. Но мясо на обед было всегда. Ежедневно у пастухов под расписку на роту забирали двух-трех баранов. Вот только готовили без соли, была в дефиците. А когда появлялась вдруг, пили ее с чаем.

Хранит Николай Иванович и записную книжку немецкого офицера Ганса Рабаса, которую он приспособил для фронтовых записей. А досталась она ему просто — после освобождения Нальчика он вместе с другими разведчиками первым потрошил тюки с военным имуществом, оставленным немцами при отступлении. Было интересно взглянуть на записи. Книжка исписана от первой до последней страницы мелким каллиграфическим почерком. Николай Иванович с трепетом пролистывает маленькие странички, останавливает взгляд на некоторых из них. Память уносит его в «сороковые, роковые, свинцовые, пороховые…».

«История одной жизни»

Как оказалось, этот маленький фронтовой дневник явился прообразом целой книги, которую наш герой выпустил в год своего 85-летия. «История одной жизни» — так он назвал свое произведение.

alt

Повесть, состоящая из двух частей, конечно же, гораздо объемнее и шире истории одной жизни. Денисенко рассказывает о времени, народе, стране в ее лихие трагические годы. Она полна достоверных событий, удивительных историй, снабжена стихотворной речью. В ней нет описания героев и героических дел. Зато подробно представлена будничная с малыми боями жизнь. В книге много иллюстраций, подтверждающих слова повествователя. Примечательно, что автором многих фотографий является фотокор Ташкентского суворовского военного училища Нигматулла Агзамов, а по совместительству друг Николая Ивановича. Его памяти, кстати, наш герой тоже посвятил небольшую книгу.

alt

Николай Иванович прослужил в армии сорок три года, в основном на должностях рядового и сержантского состава. Он не только выполнил, а перевыполнил свой долг перед Родиной. Защищал ее, вернулся с войны живым и здоровым, много лет воспитывал подрастающее поколение в ТСВУ. Работал шифровальщиком, ответственным исполнителем службы снабжения горючих и смазочных материалов, занимался сборкой ракет. С малой родины — Украины привез в Ташкент жену Евдокию Платоновну, которая долгие годы была его верной боевой подругой. У ветерана двое детей, четверо внуков, восемь правнуков и двое праправнуков. В свои 98 лет он чувствует себя на пятьдесят. Каждое утро встает в пять утра, делает зарядку с четырехкилограммовыми гантелями и сам готовит себе на завтрак кашу.

alt

Традиционно 9 мая вместе с другими участниками Второй мировой войны они встречались с Президентом. В этом году мероприятие планировалось в Парке Победы, который собирались открыть в преддверии празднования 75-летия Победы над фашизмом. Из-за распространения коронавирусной инфекции и принятых мер в стране планы могут измениться. Николай Иванович говорит, что непременно бы сходил в соседнюю с домом школу, чтобы вновь рассказать историю своей жизни, поведать об ужасах военного лихолетья, вспомнить имена тех, кто не дожил до этого счастливого дня.

Ирина Мирная

Фото Динары Чирковой

 

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *