Низкие зарплаты, ограничение свободы слова, тяжёлые условия труда: почему из Узбекистана «утекают мозги»?

Согласно данным Национального комитета по статистике, в 2025 году число узбекских мигрантов за рубежом составило 1 340 000 человек. Из них 29 тысяч выехали с целью обучения, остальные — на заработки. Разумеется, многие специалисты стремятся строить карьеру за границей ради качественной рабочей среды, высоких зарплат и широких возможностей.

На данный момент масштабы оттока интеллектуального слоя населения из Узбекистана не являются критическими. Однако что произойдёт, если эти показатели начнут расти?

«Brain drain»

«Brain drain» (в переводе на русский — «утечка мозгов») — это процесс, при котором высококвалифицированные специалисты, учёные, инженеры, врачи, IT-специалисты и талантливые студенты покидают свою страну и переезжают в более развитые государства по экономическим, социальным, политическим или профессиональным причинам.

Какие последствия это несёт?

Причинами интеллектуальной миграции могут быть низкие зарплаты, отсутствие профессионального роста, политическая нестабильность, ограничение свободы слова и тяжёлые условия труда. Несмотря на то, что такая эмиграция может приносить определённые выгоды — рост денежных переводов, повышение квалификации специалистов и возвращение части из них с международным опытом, — страна всё же сталкивается с серьёзными потерями:

Интеллектуальные потери: государство тратит бюджетные средства на обучение и развитие талантливой молодёжи, однако результатами их труда и знаний пользуются уже другие страны.

Кризис в отдельных сферах: возникает дефицит сильных специалистов в медицине, образовании и высокотехнологичных отраслях.

Экономическое замедление: снижается уровень инноваций, падает глобальная конкурентоспособность страны.

Дисбаланс на рынке труда: в ряде отраслей ощущается нехватка квалифицированных кадров, что может привести к сбоям в производстве и сфере услуг.

В каких странах интеллектуальная миграция наиболее выражена?

Согласно индексу World Population Review за 2026 год, в число стран с наиболее высоким уровнем «утечки мозгов» входят:

Самоа

Около 70–80% специалистов с высшим образованием покинули страну. Между Самоа и соседними развитыми государствами существует огромная разница в зарплатах. Например, в 2025 году почасовая оплата труда в Самоа составляла примерно 1,77–1,80 доллара, тогда как в Австралии — около 24,95 доллара. Разница почти в 14 раз вынудила врачей, учителей и инженеров эмигрировать.

Кроме того, правительства Австралии и Новой Зеландии внедрили упрощённые рабочие визы для жителей островов Тихого океана, в частности для граждан Самоа. Ежегодная квота Новой Зеландии на предоставление вида на жительство 1100 самоанцам, а также частые природные катастрофы в стране дополнительно усиливают эмиграцию.

Сальвадор

Если в Самоа ключевую роль сыграли условия труда, то в Сальвадоре главной причиной стала банальная борьба за выживание.

Хотя с 2022 года политика президента Найиб Букеле по борьбе с преступными группировками несколько улучшила ситуацию, до этого банды MS-13 (Mara Salvatrucha) и Barrio-18 фактически контролировали значительную часть страны, занимались вымогательством и вынуждали представителей интеллектуального слоя покидать государство.

Дополнительными факторами стали последствия гражданской войны 1980–1992 годов. Многие молодые специалисты предпочли эмигрировать в США и другие страны ради более высоких доходов и безопасных условий жизни.

Палестина

Палестина считается одним из самых трагичных и уникальных примеров интеллектуальной миграции в мире.

Исторически палестинцы считались одним из самых образованных народов арабского мира с высоким уровнем грамотности. Однако постоянные военные конфликты, многолетняя оккупация и отсутствие экономических перспектив вынуждают лучших специалистов покидать страну.

Непрерывные боевые действия, отсутствие безопасности и блокада заставляют интеллектуальный слой искать более безопасные государства.

В результате последних крупных войн были разрушены университеты, научные лаборатории, больницы и IT-центры. Для врачей, профессоров и инженеров практически не осталось безопасных условий для работы. Постоянные взрывы, комендантские часы и отсутствие уверенности в завтрашнем дне подталкивают талантливую молодёжь оставаться за границей при первой возможности.

Палестинские университеты ежегодно выпускают тысячи квалифицированных специалистов. Однако из-за ограниченности внутреннего рынка уровень безработицы среди молодёжи с высшим образованием иногда превышает 50%. Молодые инженеры и программисты вынуждены заниматься неквалифицированным физическим трудом. В науке это явление называется «brain waste» («растрата интеллектуального потенциала»), что в конечном итоге также приводит к эмиграции.

Подобные факторы замедляют процесс построения независимого и устойчивого государства и усиливают зависимость от международной помощи.

На что стоит обратить внимание Узбекистану для предотвращения «утечки мозгов»?

Можно без преувеличения сказать, что система IT Park Uzbekistan стала одним из успешных примеров в стране. Налоговые льготы, грантовые проекты, предложения высоких зарплат и возможность работать с передовыми технологиями не только удерживают студентов внутри страны, но и привлекают иностранных специалистов.

Аналогичную модель было бы целесообразно внедрить и в сферах медицины, науки и высшего образования — например, создать и развивать системы Med Park и Academic Park.

Так, предоставление налоговых льгот медицинским специалистам, возможность беспошлинно ввозить современное лабораторное оборудование и открывать собственные клиники или исследовательские центры без излишней бюрократии могли бы сократить отток кадров в Турцию, Россию и Германию.

Некоторые победители государственных грантов обязаны после обучения за рубежом отработать определённый срок в государственных учреждениях. Однако зачастую они получают такую же или даже более низкую зарплату, чем остальные сотрудники. В результате многие предпочитают вернуть потраченные государством средства и вновь уехать за границу.

Расширение системы KPI, налоговых льгот, временного освобождения от отдельных обязательств, а также предоставление возможности самостоятельно управлять проектами могли бы помочь удержать специалистов.

Внедрение практики «brain circulation» («циркуляции мозгов») и создание платформ дистанционной интеграции также могут стать эффективным способом использовать потенциал узбекских учёных, работающих в ведущих зарубежных компаниях и научных центрах.

Например, создание единого реестра узбекских специалистов за рубежом и их официальное привлечение к работе в вузах Узбекистана в качестве «гибридных профессоров» или «дистанционных научных руководителей» позволило бы превратить «утечку мозгов» в инвестиции и обмен знаниями.

Остановить «утечку мозгов» административными приказами, визовыми ограничениями или принуждением невозможно.

В современном мире талантливые люди стремятся туда, где существуют свободная экономика и профессиональная экосистема. Если в Узбекистане удастся создать такую открытую и прозрачную среду, проблема «brain drain» начнёт решаться сама собой.