«Множественные курсы крайне искажают ситуацию в экономике» — Александр Давлетов
14 июля 2017, 14:02 5664 просмотров

alt

UZ24 поговорил с финансовым экспертом Александром Давлетовым о недавнем решении правительства, по которому банки теперь могут проводить операции на внебиржевом валютном рынке по рыночному курсу, а множественные курсы фактически были легализованы.

— У многих складывается впечатление, что недавним постановлением Кабинета министров («О внесении изменений в некоторые решения Правительства РУз», №449 от 30 июня — прим. ред) банкам разрешили продавать валюту по рыночному курсу? Это действительно так?

— Во-первых, это постановление официально опубликовали только 10 июля — спустя десять дней после принятия, хотя в социальных сетях о нем было известно уже в тот день. Согласно действующим нормам, нормативно-правовые акты вступают в силу только после официальной публикации.

Во-вторых, Центральному банку и заинтересованным ведомствам дается месячный срок, чтобы разработать новый механизм или привести действующие внутренние нормативные акты в соответствие. Поэтому на практике коммерческие банки не спешат пока покупать или продавать валюту по рыночному курсу. Наши банки без оглядки на ЦБ самовольно ничего не предпримут. По крайнем мере, на данный момент я не знаю ни одного коммерческого банка, который официально проводит операции по купле-продаже валюты с клиентами по рыночному курсу.

С отменой пункта 19 и новой редакцией пункта 43 Положения о порядке проведения операций по покупке и продаже иностранной валюты на внебиржевом валютном рынке, теперь рыночный курс при покупке/продаже валюты между банками и их клиентами складывается не на основе среднего значения курсов, зафиксированных на торговых сессиях (к примеру, на Республиканской валютной бирже), проведенных в течение предыдущей недели, а на основе заключенных прямых договоров. Проще говоря, до сегодняшнего дня при проведении операций по покупке и продаже валюты со своими клиентами банки использовали курс, отличающийся от действующего курса ЦБ максимум на 2%. Те же правила используются при операциях с конверсионными картами. Например, 12 июля курс доллара ЦБ составлял 4014,50 сумов за 1 доллар, а курс доллара по обменным/конверсионным операциям Национального банка составлял 4094 сума за 1 доллар.

Эти правила до принятия постановления были обязательными, потому что Узбекистан является членом МВФ и, согласно условиям 8-й статьи МВФ, страна-член не должна использовать практику множественных курсов. Теперь этот рыночный курс должен определяться спросом и предложением и зависеть от конъюнктуры. Он может отличаться от официального курса значительно, а то в разы. Как ни странно, этот момент и является одной из причин, почему коммерческие банки не спешат — при такой разнице рыночного курса и официального курса ЦБ возникнет огромная сумма курсовой разницы и она облагается налогом.

Если не внести какой-то новый временный порядок налогообложения, разница в курсе покупки и курсе продажи по рыночному курсу в коммерческих банках может составить как минимум более 200 сумов (для покрытия налоговых отчислений), и этому рыночному курсу будет сложнее конкурировать с «черным» рыночным курсом, где разница в курсе покупки и продажи составляет 50-70 сумов.

Еще один момент, требующий определения в новых обстоятельствах, — вопрос покупки и продажи валюты физическим лицам. Как известно, согласно постановлению президента «О мерах по дальнейшей либерализации порядке продажи иностранной валюты физическим лицам», продажа и покупка иностранной валюты физическим лицам осуществляется с использованием международных пластиковых карт. Как будет происходить покупка и продажа иностранной валюты по рыночному курсу в новых условиях, придется также уточнить.

В-третьих, согласно новому постановлению утратило свою силу другое постановление Кабинета министров «О мерах по дальнейшей либерализации валютного рынка и унификации обменных курсов». На этот пункт, к сожалению, никто не обратил внимание. Аннулирование вышеуказанного постановления де-юре возвращает нас к эпохе признанных множественных курсов. В предыдущей эпохе — до 11 июня 2003 года — в Узбекистане действовали признанные множественные курсы, и с переходом на свободную конвертацию все курсы тогда были унифицированы.

— Насколько эффективна политика множественных курсов?

— Применение множественного валютного курса является мерой валютного регулирования, к которой прибегают в случае кризисных явлений в экономике. Для множественной системы характерно наличие нескольких курсов, по которым обменивается национальная валюта. Разница между ними может быть многократной.

Разные курсы могут применяться для экспорта и импорта, для государственного и частного сегментов. Как правило, в категорию со льготным курсом попадают импортируемые продукты питания, медицинские препараты, предметы первой необходимости. Повышенный курс, напротив, является своеобразным налогом на прибыль и применяется к группе товаров и услуг, отнесенных в период кризиса к категории неприоритетных.

Множественные валютные курсы крайне искажают ситуацию в экономике — в первую очередь, в части распределения доходов, размещения ресурсов и ценообразования.

Создавая льготные условия для части экономических субъектов, такая политика неизбежно ужесточает правила игры для других. Кроме того, наличие множественного курса располагает к валютным спекуляциям и коррупции. Однозначна и политика МВФ в отношении многообразия: страны-участницы обязуются воздерживаться от практики применения множественных валютных курсов, прибегая к ним только в случае острой необходимости и на крайне непродолжительное время. Не знаю, как наш Центральный банк объяснит эти меры. В любом случае, введение множественных курсов должно носить кратковременный характер, и данная политика может использоваться только для дальнейшего ввода свободной конвертируемости национальной валюты. Как будет действовать Центральный банк и правительство дальше, прогнозировать сложно. Поживем, увидим.

— Можно ли назвать это решение шагом на пути к валютной либерализации?

— Да, формирование новой платформы для доступа субъектов внешней торговли к альтернативному и легальному валютному рынку с участием коммерческих банков — это следующий шаг к валютной либерализации, хотя я пока не считаю его очень рациональным. Почему? Потому что здесь не пахнет прозрачностью и открытостью, мы не знаем, как формируется рыночный курс валюты — на стыке спроса и предложения или директивой бюрократа, какие экспортеры и импортеры допускаются на этот альтернативный рынок — неизвестно. Частные экспортеры со свободными валютными средствами задаются вопросом, почему их не пускают на него. Импортеры ТНП, инвесторы со накопленной прибылью в недоумении, почему им нельзя купить валюту на этом рынке? Кто предоставляет допуск потенциальным участникам, какие критерии? Еще один вопрос, сколько будет длиться этот эксперимент с альтернативным рынком, есть сроки? Бизнесу и рынку надо дать четкие и конкретные сигналы. А кто останется на Республиканской валютной бирже? Кому надо идти на покупку дешевой валюту, а кому не стоит надеяться? Все эти вопросы остаются без ответов.

— Отразится ли оно на качестве узбекского бизнеса и внешней торговле? Облегчит ли предпринимательскую деятельность?

— Для тех, кто получит доступ к этому альтернативному рынку, это, конечно, огромное облегчение. Если это экспортер, он получит больше выручки, если импортер, он выигрывает в сроках, не ждет месяцами, годами конвертацию своих средств на Республиканской валютной бирже. А самое главное и для экспортера, и для импортера — это легитимная и законная сделка, так как любой более-менее уважающий бизнес желает осуществлять свою деятельность в рамках правового поля. Раньше (и сейчас это происходит с теми, кто не смог получить доступ к альтернативному рынку) экспортеры с валютной выручкой и импортеры часто договаривались путем заключения договоров комиссий в интересах импортера. Только таким путем экспортер продавал свою валюту, а импортер приобретал импортные товары или сырье.

При этом к обоим сторонам в любой момент могут прийти надзорные органы с налоговыми, юридическими или финансовыми вопросами, ведь несовершенное законодательство играет не в пользу хозяйствующих субъектов.

Следует отметить, что у бизнеса высокие ожидания, которые появились в начале года по поводу свободной конвертации, постепенно исчезают, бизнес понемногу уже привыкает к новым условиям — на высокие риски и на долгосрочные сделки не идет, образно говоря, он занял позицию Ждуна.

— Говоря о переходе к свободной конвертации, хватит ли у государства валютных резервов?

Сегодня, когда избрана политика множественных курсов, ставить такой вопрос преждевременно. В условиях открытой и прозрачной конвертации валютные запасы являются не самоцелью, а инструментом проведения рациональной монетарной политики. Конечно, проведя популистскую и авантюрную политику, можно придержать низкий курс иностранной валюты с ограничениями и израсходовать валютные резервы за короткий промежуток времени. Но можно вести адекватную и разумную политику, верить в свободный рынок, использовать его инструменты, реагировать и управлять рисками, тогда никаких проблем с нехваткой валютных резервов быть не должно.

Интервью на эту же тему с независимым экспертом Юлием Юсуповым можно прочитать здесь.

Подписывайтесь на канал UZ24 в Telegram и узнавайте о главных новостях и событиях дня.

Комментарии
Гость
  28 июля 2017, 12:41
Интересная статья
Гость
  18 июля 2017, 12:52
Опять затягивание времени, неразбериха, воровство. А мы уже тут наверно и не дождемся ни конвертации ни стабильной экономики.
Гость
  16 июля 2017, 08:46
Правильно говориться в предыдущем коментариии. Разве будут эти люди лишаться такой кормушки которой они пользовались многие годы. Нужны новые люди в этой сфере.
Гость
  14 июля 2017, 18:14
"Потому что здесь не пахнет прозрачностью и открытостью, мы не знаем, как формируется рыночный курс валюты — на стыке спроса и предложения или директивой бюрократа, какие экспортеры и импортеры допускаются на этот альтернативный рынок — неизвестно. Частные экспортеры со свободными валютными средствами задаются вопросом, почему их не пускают на него. Импортеры ТНП, инвесторы со накопленной прибылью в недоумении, почему им нельзя купить валюту на этом".
рынке? Кто предоставляет допуск потенциальным участникам, какие критерии? "

Пока нет ответа на вопросы "почему и кто" трудно даже представить себе сценарии либерализации.
Вопрос "когда"- важнее.
Что и как будет дальше определяют кадры,которые до этого времени решали и сейчас решают вопросы либерализации.
Менять свои привычки ,потребности эти кадры не станут ,пока не подготовят себе рабочие места в банках ,СП,и в тех местах,где предстоящая либерализация в сочетании с их опытом на предыдущей службе увеличит не только личное благосостояние,но и благосостояние будущих работодателей или соучредителей.
Так было в других республиках. Ничего нового в этом процессе не стоит ждать. А подождать придётся .
Кадры ещё не готовы менять свои привычки и потребности.
Реклама